Поездив по странам Европы, побывав в Индии, Индокитае, наблюдая за обыденной жизнью людей, он создал сборник новелл «Первые переживания», где главными действующими лицами являлись дети. Показывая их глазами жизнь, писатель не приукрашивал её: здесь были ложь и расчётливость, подлость и эгоизм. Однако, несмотря на это, воссоздав печальную картину современной действительности, С. Цвейг верил в милосердие человека и торжество добра.

Выбранный им жанр новеллы позволял показать непростые повороты человеческих судеб, жизнь, полную драматизма, дать анализ острейших внутренних переживаний героев. А мотивы их поведения и поступков писатель искал в объективных условиях самой жизни.

С. Цвейг был далёк от политики, поэтому начавшаяся с выстрела в Сараеве война ошеломила его. «Мы были убеждены, что духовная, моральная сила Европы с триумфом проявит себя в критический момент», - так писал он, характеризуя умонастроения европейской художественной интеллигенции. Но надеждам не суждено было сбыться: «Мир, который я любил беззаветно, - разрушен...».

Особенно тяжело писатель переживал из-за того, что «все, кого до сих пор связывали теснейшие узы дружбы, должны были теперь называть друг друга врагами». Однако он не терял надежды пробудить в людях осознание бессмысленности братоубийственной войны и вместе с другими писателями - французом Р. Ролланом и англичанином Г. Уэллсом - вёл антивоенную пропаганду. Послевоенная Европа разочаровала его: «Мы - потерянное поколение, мы никогда не увидим Европу объединённой...».

Силам реакции писатель пытается противопоставить уникальных личностей, которым посвящает ряд очерков, эссе и романов, - Р. Роллана, О. Бальзака, Ф. М. Достоевского и других. Вместе с тем он продолжает создавать новеллы, подвергая критике разобщённость людей, духовное и моральное оскудение, собственнические и своекорыстные интересы.

Захват власти в Германии фашистами и приближавшаяся оккупация Австрии заставили С. Цвейга покинуть родину. Накануне Второй мировой войны он уехал в бразильский городок Петрополис. Мемуары, над которыми он работал, стали осмыслением его жизненного опыта, попыткой воссоздать картину европейской жизни последних десятилетий.

Болью и разочарованием наполнены строки воспоминаний, дающих понимание причин, по которым писатель принял решение добровольно уйти из жизни: «Мы же, кому сегодня шестьдесят лет и кому, возможно, суждено ещё сколько-то прожить, - чего мы только не видели, не выстрадали, чего не пережили!...