Глаза старика странно блестели. Он плакал.

Это был отец Ильяс бека, Его Превосходительство Зейнал ага. Его большие жилистые руки дрожали. Подумать только! Эти руки, которые едва ли в состоянии были написать имя своего хозяина, теперь распоряжаются семьюдесятью миллионами рублей.

Я отвернулся. Зейнал ага был простым крестьянином, но понимал в искусстве пения больше, чем учителя, выпустившие нас в свет...

Кто-то сел за пианино. Зазвучал вальс. Директор пригласил на танец дочь губернатора.

– Добрый вечер, Ильяс бек, – слышу я со стороны лестницы. – Я немного опоздала. Но совершенно не виновата.

Я бросился к лестнице и увидел Нино, одетую не в вечернее платье, но и не в бальную форму учениц лицея святой Тамары. Талия её была так туго стянута, что, казалось, её можно обхватить ладонью. На плечах Нино была наброшена короткая бархатная пелеринка с золотыми пуговицами. Длинная бархатная юбка закрывала стройные ножки. Виднелись лишь носки её сафьяновых туфелек. Голову Нино украшала маленькая шляпка, лоб стягивали два ряда тяжёлых золотых монет. Нино была похожа сейчас на византийского ангела в древнем праздничном наряде грузинских цариц!

– Не сердись, Али хан, – смеялся ангел. – Пока завяжешь все тесёмки этой юбки, целый час пройдёт. Это юбка моей бабушки. Я только ради тебя с таким трудом натянула её на себя...

– «Молитву Шамиля»! – крикнул Ильяс бек музыкантам, и те тут же без перехода заиграли танец.

Ильяс выпрыгнул на середину зала, выхватил из ножен кинжал. Ноги его мелькали в ритме зажигательного кавказского танца. В руке сверкал клинок кинжала. Нино плавно подплыла к нему. Ножки у неё были маленькие, как у куколки.

Начался танец Шамиля. Нино – невеста, которой предстояло быть похищенной... Зажав в зубах кинжал и раскинув в стороны руки, Ильяс хищной птицей кружил вокруг девушки. Нино легко ускользала от него. В грациозных движениях её рук ощущались страх, безнадёжность, жерт венность. Левая рука сжимала платок. Трепет пробегал по её телу. Неподвижными оставались лишь цепочки, свисающие с её шляпки. Так и должно было быть, это было самым трудным в танце. Только грузинка могла с такой скоростью кружить по залу, и чтобы при этом цепочки не шелохнулись. Ильяс соколом преследовал стремительно ускользающую добычу. Не останавливаясь ни на миг, не давая ей пощады, он нёсся кругами за своей жертвой. Движения его рук становились всё более властними, и, напротив, всё слабей руки Нино отбивали его атаки.