Я несколько смутился, но, признаться, толком не понял, о чём разговор. Хватаю другую газету, третью... Тут в одной из них мне бросается в глаза наша фотография и подпись: «Капитан Врунгель и яхта «Беда», на которой он отправляется...»

Тогда я всё понял. Я бросился на корму, посмотрел. Так и есть: сбило две буквы - «П» и «О». Скандал! Непоправимый скандал! Но сделать уже ничего невозможно. Врунгеля, капитана «Победы», никто не знает, зато весь мир узнал уже о моей «Беде».

Но долго горевать не пришлось. С берега потянул ветерок, паруса зашевелились, я разбудил Лома и стал поднимать якорь. И пока мы шли морским каналом, нам со всех кораблей, как назло, кричали:

- Эй, на «Беде», счастливого плавания!

Жалко было красивого имени, но ничего не поделаешь. Так на «Беде» и пошли.

Вот таким образом и началось наше дальнее плавание. Дальнее плавание... Слова- то какие! Вы задумайтесь, молодой человек, прислушайтесь к музыке этих слов.

Дальнее... даль... простор необъятный... пространство. Не правда ли?

А «плавание»? Плавание - это стремление вперёд, движение, иными словами.

Мы шли с попутным ветром. И вот на пятые сутки, на рассвете, туман рассеялся, и по правому борту у нас открылись берега Норвегии. Мой старший помощник Лом положил руль круто направо, и три часа спустя цепь нашего якоря загрохотала в красивом и тихом фиорде. Фиорды, или шхеры, другими словами, - это, знаете, такие узкие заливы и бухточки, запутанные, как куриный след, а кругом скалы, изрытые трещинами, обросшие мохом, высокие и неприступные.

- А что, Лом, - предложил я, - не сойти ли нам погулять до обеда?

Решил гулять - значит, гулять. Идём между скалами по тропинке, и чем дальше идём, тем поразительнее окружающая природа.

* * *

Ну, мы увлеклись, углубились в лес, забыли совсем про обед, а когда спохватились, смотрим - поздно. И куда идти, неизвестно. Кругом лес. Спустились вниз, к фиорду, видим - не тот фиорд. А время уже к ночи. Делать нечего, развели костёр, ночь кое-как прошла, а утром полезли на гору. Может быть, думаем, оттуда, сверху, увидим «Беду».

Лезем в гору, вдруг слышим сзади какой-то шум. Не то ветер, не то водопад, трещит что-то всё громче, и как будто попахивает дымком. Я обернулся, гляжу - так и есть: огонь! Обступает со всех сторон, стеной идёт за нами. Белки побросали гнёзда, прыгают с ветки на ветку, всё выше по склону. Птицы поднялись, кричат. Шум, паника...

Я не привык бегать от опасности, но тут, делать нечего, надо спасаться. И полным ходом за белками, на вершину скалы, - больше некуда.