На башнях древнего Кремля
Светился звёзд рубин.
Ждала торжественно Земля, –
К ней возвращался сын,
Её любимец и Герой,
Впервые побывав
Там, за невидимой чертой
Всех граней и застав.

…Он шёл, и миллионы глаз Следили издали За ним, кто в космос в первый раз Шагнул с родной Земли. И среди всех родная мать, И строже и нежней, Смотрела, ну ни дать ни взять, Как в пору давних дней… Он шёл, а мир со всех сторон Ревниво наблюдал. Заметила лишь мать одна Развязанный шнурок, Всем сердцем вспыхнула она: – Да как же ты, сынок? Ты что же, Юрушка, родной, Да как же это так?.. – А он дорожкою цветной Держал гвардейский шаг. Там, за спиной, – сто восемь тех Космических минут… |  | И встал он на глазах у всех, Свой путь, окончив тут. Завязан снова был шнурок, Да он и не мешал. И только мать: – Ты что ж, сынок, С шнурком-то оплошал? Он улыбнулся ей в ответ, Шепнул: – Видать, и впрямь Глаз материнских зорче нет, Прости, не знаю сам… Так, мать улыбкой веселя, Был счастлив человек. И ту улыбку вся Земля Запомнила навек.

Как я ловил человечков
Б.С.Житков

Когда я был маленький, меня отвезли жить к бабушке. У бабушки над столом была полка. А на полке пароходик. Я такого никогда не видал. Он был совсем настоящий, только маленький. У него была труба: жёлтая и на ней два чёрных пояса. И две мачты. А от мачт шли к бортам верёвочные лесенки. На корме стояла будочка, как домик, полированная, с окошечками и дверкой.