Если б сын мой Махмуд имел хоть какое-нибудь понятие о чести, если бы в нём была хоть сотая доля моей твёрдости, он давно отомстил бы за кровь своего брата и избавил бы меня от этих мук.

Ах, бедный Рашид!.. (Продолжительная пауза.)

Клянусь прахом Рашид бека, если Махмуд, прислушиваясь к разговорам своей жены, нарушит долг чести, я перестану считать его своим сыном, отрекусь от него!.. Мой сын должен быть похож на меня! Бесчестный сын мне не нужен! Я лишился дорогого Рашида и не умер, тем более не помру, если лишусь Махмуда. (Пауза.) Лучше вовсе не жить, чем жить в бесчестье!

Входит Махмуд-бек.

Махмуд-бек. Что прикажете, отец?
Рустам-бек. Садись!
Махмуд-бек (опускается в кресло в отдалении).
Рустам-бек. Я хочу задать тебе один вопрос.
Махмуд-бек. Слушаю вас, отец!

Рустам-бек. Я посчитался с твоей любовью и насильно привёл в дом дочь врага, сделал её своей невесткой и наследницей... Я не говорю, что она плоха, некрасива, глупа, неспособна... Но всё же она дочь врага. Эта вражда между нашими домами существует сейчас и будет существовать вечно. Поэтому Гюльбахар не может оставаться в моём доме, хотя нелегко отсылать обратно насильно взятую девушку... Но Гюльбахар должна уйти!.. (Пауза.)

Ты понял моё требование? (Пауза.) Я жду твоего ответа! Говори!

Махмуд-бек. Простите отец! Вы сами изволили сказать, что посчитались с моей любовью и насильно привели в дом дочь врага... Не могли бы вы посчитаться и теперь с моей любовью и отказаться от своего требования?

Рустам-бек. Нет, не могу! Ещё один вопрос: готов ли ты отомстить за кровь Рашид бека, разгромить дом Гейдар бека, чтобы на его развалинах кричали совы?

Махмуд-бек. Как вам угодно, отец, но насчёт Фахреддин-бека совесть не допускает... Он, бедняга, ни в чём неповинен, даже отсутствовал в то время...

Рустам-бек. Ах, Махмуд, Махмуд! Я так и знал, что ты мне так ответишь. Бедный мой Рашид! Твои раны доказали, что ты нелегко дался врагам, ты мужественно дрался с ними. Бедный мой сын! Твоя смерть сломила мне хребет!

Махмуд-бек. Поверьте, отец, гибель Рашида настолько же горестна для меня, как и для вас. Но прошу вас, ради создателя, не вынуждайте меня проливать невинную кровь...

Рустам-бек (иронически). Ха-ха-ха! Проливать невинную кровь!.. Гм... Я уверен, что Рашид бек не ответил бы так. Ах, Махмуд, Махмуд, неужели женская юбка настолько пленила тебя, что...

Махмуд-бек. Разве действовать по совести значит быть бесчестным, отец?

Рустам-бек (сердито). Довольно!.. Можешь идти... Только прошу тебя, не шепчись по этому поводу с Гюльбахар-ханым.

Махмуд-бек. Отец, я не боюсь смерти...

Рустам-бек. Довольно!.. Можешь идти!..

Махмуд-бек ( выходя, про себя). Ты затеял такое, что совы будут кричать на развалинах твоего собственного дома!..

Рустам-бек (один). Нет! Я не оставлю твою кровь не отмщённой, мой Рашид, иначе разорвётся моё сердце, прекратится дыхание! Тёмной ночью возьму своих слуг, отправлюсь к их дому, зажгу стога и дом и перестреляю всех, кто будет выбегать оттуда. Я не откажусь от своей мести, мой славный Рашид, если это даже будет грозить гибелью мне, моему дому, всему моему роду. Если они превратят свой дом в Карсскую крепость и поставят сотню стражей, я всё равно осуществлю свою месть. Мне достаточно поддержки двух верных слуг и Джахангир бека... Ах, Махмуд, Махмуд!.. (Уходит).

Входит Гюльбахар-ханым.

Гюльбахар-ханым. Ах, боже мой, боже мой! Дорогие мои братья! Родной отцовский дом! Лучше бы мне оглохнуть, чем слышать то, что я услышала! Как быть, что делать, боже? Кому открыть своё горе? Через кого послать записку? Как предупредить их?.. Ум мой мутится!.. Я не перенесу смерти Фахреддина! (Плачет.) Бедные мои братья! Несчастная я сирота! Одинокая! Отверженная!.. (Падает на диван, плачет.)

Голос неизвестного (поёт):