## Леб Николаевич Толстой

Лев Николаевич Толстой жил долго, творил много, и к концу жизни написанного им накопилось столько, что едва вошло в 90 томов его сочинений. Самыми значительными произведениями Л.Н.Толстого являются романы «Война и мир», «Анна Каренина», «Воскресение», повести «Хаджи-Мурат», «Казаки» и другие. Л.Н.Толстой учился сначала на восточном, а затем на юридическом факультете Казанского университета. Готовивший его к экзаменам по турецкому и татарскому языкам профессор Мирза Казымбек был удивлён его лингвистическими способностями. В зрелую пору жизни Лев Николаевич свободно владел многими иностранными языками.

ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО...

В 1859 году Л.Н.Толстой открыл в Ясной Поляне школу для крестьянских детей, а затем помог создать более 20 школ в окрестных деревнях, написал статьи по педагогике, «Книги для чтения», составил «Азбуку». Писатель создал собственное религиозно-этическое учение, нашедшее последователей, которых называли «толстовцами». Л.Н.Толстой не терпел никакой фальши, лицемерия, сентиментальности. Это сделало из него писателя строгого, беспощадного к правде. Глубокой болью за поругание человеческого достоинства, за невинно погубленных людей проникнуто одно из его последних произведений - рассказ «После бала» (1903).

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ!

Мирза Казымбек (1802-1870) - видный азербайджанский востоковед, профессор Казанского и Петербургского университетов, автор книг «Общая грамматика тюрко-татарского языка», «Мюридизм и Шамиль» и другие.

ВОПРОСЫ

Какие произведения Л.Н.Толстого вы знаете? Что сделал писатель для крестьянских детей?

ПОСЛЕ БАЛА

— Вот вы говорите, что человек не может сам по себе понять, что хорошо, что дурно, что всё дело в среде, что среда заедает. А я думаю, что всё дело в случае. Я вот про себя скажу.

Так заговорил всеми уважаемый Иван Васильевич после разговора, шедшего между нами, о том, что для личного совершенствования необходимо прежде изменить условия, среди которых живут люди. Никто, собственно, не говорил, что нельзя самому понять, что хорошо, что дурно, но у Ивана Васильевича была такая манера отвечать на свои собственные, возникающие вследствие разговора мысли и по случаю этих мыслей рассказывать эпизоды из своей жизни. Часто он совершенно забывал повод, по которому он рассказывал, увлекаясь рассказом, тем более что рассказывал он очень искренно и правдиво.

Так он сделал и теперь.

— Я про себя скажу. Вся моя жизнь сложилась так, а не иначе, не от среды, а совсем от другого.

— От чего же? — спросили мы.

— Да это длинная история. Чтобы понять, надо много рассказывать.

— Вот вы и расскажите.